Ольга Зайцева. ТРИ ШАГА ИЗ ДЕТСТВА (главы из повести)
ИСТОРИИ

 

Ольга Зайцева
Три шага из детства
(главы из повести)

 

Потеряшка

Когда мне было года четыре, сестрицы потеряли меня на Литейном проспекте. Был солнечный апрельский день, и они радостно застряли у витрины с тряпками, а меня подхватил людской поток. Я испугалась и заревела, а какая-то бабка вызвала милиционера, и меня на уазике отвезли в отделение милиции.
      Был конец рабочего дня, и мне там никто не обрадовался. Тётка, ответственная за малолетних преступников, долго орала на доставивших меня милиционеров, а потом заточила меня в своём кабинете, где в шкафу за стеклом сидели три пучеглазые куклы и пупс. Но трогать их не разрешалось, только смотреть через стекло. У инспекторши были иссиня-чёрные, торчащие в разные стороны волосы и ярко накрашенный красной помадой рот. Она наклонялась ко мне, требуя ответа - есть ли у меня родители? Я видела лишь её шевелящийся кровавый рот и твердила: папы нет, мамы нет, где бабушка - не знаю!
      - Вот, - сказала тётка, - рожают неизвестно зачем, потом бросают за ненадобностью! А я должна разбираться!
      Когда часа через два в кабинет влетели зарёванные и перепуганные сёстры, мы с инспекторшей пребывали в угрюмом противостоянии. Для начала она хорошенько излаяла сестриц, а после потребовала доказательств, что я - их дитя, потому что я сёстрам не обрадовалась - нет! Я на всех обиделась, решила никому не признаваться и насупившись сгорбилась в углу. Сёстры обалдели. Я торжествовала, глядя, как они, униженно сюсюкая, пытаются ко мне подлизаться.
      Не знаю, как бы долго это продолжалось, но тут Лида, наклонившись ко мне с милой улыбкой, прошипела:
      - Мы тебя сейчас, дрянь такая, оставим ночевать с этой мегерой!
      И я сдалась. Подошла и взяла маму за руку.
      Оформление бумаг заняло ещё час, и, когда мы вместе с инспекторшей гурьбой вывалились на улицу, уже стемнело.
      - Ну что за уродский ребёнок! - ругались мамаша с Лидой.
      Но потом Лида махнула рукой и сказала, что такую кошмарную историю "надо заесть", и мы пошли в кафе-мороженое, и мне это напомнило, как мне удаляли полипы, - тогда тоже кормили мороженым.
      Бабушке же о наших приключениях мы дружно НАВРАЛИ!
      С этого дня я постоянно думала - нужна ли я им и любят ли они меня...

 

Семейный розмарин

      У нас в кухне на окне стоял огромный горшок с кринумом. Один раз в год, зимой, из луковицы сбоку от гигантской розетки с листьями появлялся цветонос, на котором потом распускалось шесть шикарных бледно-сиреневых цветов. И вся кухня наполнялась чудесным ароматом, чем-то похожим и на ваниль, и на розу. Все восхищались, нюхали цветы, и к нам специально приходили гости - понюхать и посмотреть наш кринум. Но всё остальное время бабушка ругалась, что цветок полностью закрывает окно и лишил кухню света. И однажды она позвонила в Ботанический сад и попросила его забрать.
      Я была в школе, а когда вернулась домой, увидела пустое окно. Я молча смотрела на подоконник, а бабушка рассказывала, как приехали сотрудники из сада и забрали цветок, но сказали, что это не кринум, хотя она точно знает, что это он, потому что у нас есть "Энциклопедия" 1903 года, где это растение и описано и нарисовано! Просто эти сотрудники сами ничего не знают. Она недовольно бухтела, но думаю, ей тоже было жалко цветок, который ещё и обидели напоследок.
      Света стало больше, но кухня осиротела, и я решила купить в цветочном магазине какое-нибудь небольшое растение.
      В магазине я долго разглядывала горшки с цветами, пока не остановилась на скромном декоративном растении с четырёхгранными побегами и красивым названием: "стапелия пёстрая". Унылая продавщица задумчиво объяснила, что оно не разрастается вширь и даже цветёт, и ткнула крашеным ногтем в бутон на конце побега.
      Через неделю, убегая в школу, я увидела, что, наверное, уже сегодня бутон раскроется.
      Вернувшись из школы, я застала на кухне всю семью и страшный разгром. Мебель была отставлена от стен, а Лида курила и давала советы взмыленным дяде Гене и маме, которые отодвигали от стены буфет. Бабушка страховала буфет от падения, поскольку его двигали вместе с посудой. Мне они очень обрадовались как дополнительной рабочей силе.
      - А что случилось? Уронили за буфет бабушкину пенсию? - Мне очень хотелось есть, а тут такое!
      - Бабушка утверждает, что за буфетом скончалась мышь, - хмыкнула Лида.
      Не дав времени на осмысление информации, бабушка скомандовала:
      - Нужно найти эту мышь, а то мы задохнёмся! Сашка! Ты ещё не принюхалась, определи, откуда исходит зловоние!
      Все с надеждой уставились на меня.
      Я было возмутилась, что я не собака-ищейка, но решила с сумасшедшими не спорить - это опасно для жизни, и принялась втягивать носом воздух. Запах действительно был омерзительный (как говорила наша дачная хозяйка Клава, вылавливая из колодца очередную вздутую мышь: "Мышка спортилась!"), но шёл он вовсе не из-под буфета…
      Принюхиваясь, я двигалась по кухне под напряжёнными взглядами окружающих и - о ужас! - наконец поняла, откуда идёт этот смрад… На окне сиял огромный, сантиметров десять в диаметре, великолепный бархатный жёлто-пурпурно-чёрный цветок и так же великолепно вонял! Этот красавец испускал отвратительный запах падали…
      Проследив за моим взглядом, все подошли поближе и молча уставились на моё приобретение.
      - Ну конечно, это только Сашка могла… - завела любимую песню мама.
      - Убить мало! Столько времени ухнули, а ещё всё по местам расставлять, - злилась Лидочка. - Её нужно без обеда оставить!
      - Семейный розмарин! - заржал дядя Гена.
      - Кринум вам не нравился! Сами виноваты! Откуда я знала, что он так воняет! - сказала я, унося сокровище к себе в комнату. То-то у продавщицы глазки бегали! А как она радовалась, когда я купила этот цветочный горшочек!
      К вечеру все успокоились, а потом ещё долго смеялись над "сдохшей мышью под буфетом".

 

Великий и могучий

      На выходные бабушка всё-таки решила осуществить вывоз ребёнка за город - дышать воздухом. Наши слабые возражения она отмела сразу, и в воскресенье в десять утра мы загрузились в переполненную электричку.
      День был промозглый, освещённый тусклым зимним солнцем. Куда все дружно двигались в этой электричке - сказать трудно, но, протискиваясь между сырыми рюкзаками и авоськами, остро пахнущими разной снедью, мама с бабушкой сумели найти места; мне же пришлось стоять. Сзади на меня напирала громадная тётка, с боков я была сдавлена дедушкой с двумя мешками и подростком с рюкзаком.
      В Озерках в вагон налезло ещё больше людей и стало просто невозможно дышать. Ну прямо великое переселение народов! Я с грустью вспомнила свой диван, компьютер, даже домашнее задание по литературе захотелось сделать. Мне стало тоскливо. К тому же утром мы с бабушкой поссорились (как всегда из-за Лиды) и я назвала её ШПИОНОМ и ПРЕДАТЕЛЕМ! Бабушка страшно обиделась.
      Но сейчас мне ужасно хотелось есть. А у бабушки в пакете лежали ещё тёплые пирожки и завёрнутая в кальку гора бутербродов с сыром и ветчиной. Я немного потопталась, выжидая для приличия, когда мы хотя бы на пару станций отъедем от города, и принялась канючить.
      Бабушка сидела прямая и строгая - она на меня всё ещё сердилась и делала вид, что ничего не слышит. Потом вдруг по-детски просияла:
      - Подлизываешься? Пирожков хочется? А как ты сегодня утром назвала свою бабушку на букву "П" и букву "Ш"? А?
      Я оторопела, а граждане вокруг прислушались.
      - Да ладно тебе, бабушка, - промямлила я. - Дай хоть бутербродик!
      - Нет, ты скажи сначала, как ты назвала…
      Мне стало неуютно. Окружающие приняли задумчивый вид, перебирая в умах все возможные слова и эпитеты на заданные буквы, и, видимо, пришли к более-менее общему заключению, потому что сурово зароптали. Подросток стал гнусно хихикать. Дедушка рядом крякнул:
      - Ну молодёжь! На "п" и "ш"! Бабушку! Да тут не пирожок дать надо!
      Бабушка сияла!
      Мама прислушалась, оторвалась от детектива и сказала:
      - Ой, мамочка, прекрати!
      - Почему прекрати? Как бабушку называть на разные буквы - ей можно! А извиниться перед бабушкой, так нет!
      Граждане гневно загудели. Атмосфера вокруг нас стала накаляться.
      Мама задумчиво бросила взгляд в окно и воскликнула:
      - Сейчас будут Дибуны! Здесь замечательный берег! Выходим!
      - Почему здесь? Мы же решили ехать в Солнечное! - упёрлась бабушка.
      Но мама уже протискивалась к выходу. За ней, провожаемые недобрыми взглядами, потянулись и мы.
      Когда мы вывалились на перрон, мама, еле сдерживая смех, сказала:
      - Чтобы я с вами ещё куда-нибудь поехала! Только позориться!
      Бабушка обиженно засопела и надулась теперь уже на маму.

 

Космонавт Орлов

      Бабушка съездила на три недели в санаторий, а когда вернулась, была задумчива, не сидела больше перед телевизором, а всё время куда-то исчезала и долго разговаривала с тётей Марусей по телефону. Наконец сегодня позвонила Лиде и велела ей обязательно приехать к нам вечером.
      Когда все собрались за чаем, бабушка огорошила нас "важным сообщением". Для начала она вышла к столу в новой, привезённой ей Лидой из Италии, серой шёлковой блузке. Волосы были красиво уложены в причёску, а бусы из дымчатого шпата очень шли к серым бабушкиным глазам. Все насторожились.
      Бабушка обвела нас взглядом и сказала:
      - Дорогие мои, я хочу с вами посоветоваться… - И, вздохнув, добавила: - В общем, встретила я хорошего человека и он предложил мне выйти за него замуж!
      Все перестали жевать и молча выпучились на бабушку.
      - Он вдовец, полковник в отставке, из первого отряда космонавтов, вот! - Она сделала паузу и округлила глаза, подчёркивая важность. - Человек достойный, непьющий, обеспеченный… Так что моя комната достанется вам. Зовут его - Орлов Пал Палыч. Но я ещё не дала согласия и решила сначала с вами поговорить.
      У всех отвисли челюсти. Пауза стала неприлично затягиваться. Все вдруг с преувеличенным вниманием уставились на Диму Билана, надрывающегося в телевизоре.
      - Мамочка, а-а-а ты, э-э-э! - первой протянула мама, явно не зная, что сказать.
      - А как же мы? - Лида мрачно катала по столу шарики из хлеба.
      О, вот оно, ключевое слово - "мы"! Эти эгоистки думают только о себе!
      А ведь это Лидка с мамой и виноваты, это они достали бабушке путёвку в санаторий военно-воздушных сил! Я-то предложила купить ей собаку, чтобы бабушка три раза в день гуляла с ней вокруг дома и дышала свежим воздухом. Разве можно такие ценные кадры отпускать далеко от семьи! Теперь мы зарастём грязью и умрём от голода. Мы и так еле пережили те три недели, пока бабушка отдыхала в санатории… Хотя она и написала нам перед отъездом целый трактат о ведении домашнего хозяйства и разметила по пунктам каждый день.
      А тут ещё и космонавт!
      И я представила, как мы, еле сдерживая слёзы, грязные и голодные, смотрим телевизор, а там, в космосе, бабушка со своим Орловым в состоянии невесомости машут нам руками и бабушка, сложив ладони рупором, кричит: "Не забудьте поменять гнёт на солёных грибах!"
      А бабушкина пенсия - она кому достанется? 17-го числа каждого месяца бабушка оплачивает коммунальные услуги и покупает нам что-нибудь вкусненькое… И 17-е число у нас - семейный праздник!
      Сколько сразу неразрешимых вопросов возникло…
      - Думала вас с ним познакомить на следующей неделе, - не замечая смятения в наших рядах, продолжала бабушка.
      - А сколько твоему космонавту лет? - осторожно поинтересовалась мама.
      - Да уж не совсем старик! Помирать не собирается! - разозлилась бабушка.
      И я представила, как мы, одетые в чёрное, идём за гробом космонавта Орлова. Лида с мамой поддерживают бабушку под руки, сзади я с тётей Марусей, а за нами шмыгает носом дядя Гена. "Достойные похороны, - тихо говорит тётя Маруся. - На гроб не поскупились… Хотя могли и подешевле, не такая уж он вам и родня". Под траурный марш и грохот военного салюта мы бросаем комья земли на гроб из красного дерева. Генерал сочувственно жмёт бабушке руку и говорит…
      - Помойное ведро сегодня кто-нибудь вынесет наконец? Или я одна должна всё делать в ЭТОМ доме?
      Так, оказывается, есть уже и ТОТ дом! А там помойное ведро выносит космонавт Орлов?
      И я потащилась с ведром на площадку - в таких пиковых ситуациях лучше не перечить.
      Я немного задержалась у мусоропровода и посмотрела через давно не мытое окно на детскую площадку, где с визгом бегали дети, а за ними с громким лаем носился беспородный пёс. Им было весело, и я позавидовала, потому что мне очень не хотелось возвращаться назад.
      Странно как всё получается: бабушка, строгая, высокая, с прямой спиной и военной чёткостью в словах, - и всегда ей и сумку поднесут, и проводят, а тут ещё и руку и сердце предложили. А сестрицы сколько ни стараются - всё мимо. Причём бабушка завоевала сердце Орлова не через желудок - в санатории их всех кормили одинаково, она могла разве что авторитетно заметить: "Это - не котлета по-киевски, для неё нужно на пару курятину готовить!" - так это всё слова! Лида вот бредит итальянской кухней - без конца трещит про спагетти, пасту и пармезан, а выходит всё больше "лапша на уши". Последний раз её "спагетти" вместе с кастрюлей отправили в мусоропровод! Нечего было час по телефону трепаться… В общем - "чудеса в решете", как говорит бабушка.
      Когда я вернулась, все пребывали в растерянности.
      - Дурочки вы у меня! Хоть и взрослые, а всё равно дурочки! - грустно вздохнула бабушка. - Что с вами будет, когда меня не станет…
      Ну здравствуйте пожалуйста - начали за здравие, а кончили за упокой! Зачем с такими мыслями замуж выходить?
      Все стали к бабушке подлизываться, и больше эта тема не поднималась.
      А космонавта Орлова мы так и не увидели.

 

[в пампасы]

 

Электронные пампасы © 2015