ИСТОРИИ

 

Евгения Ярцева
Принцесса цирка

 

Вот мама говорит, что если чего-нибудь очень сильно хотеть, обязательно получится. Но она не права! Уж как мы с Наташей хотели съездить в сторону Татариново, чтоб там скатиться на великах с огромной горы! Мы раз видели, как с этой горы скатились два всамделишных велосипедиста в шлемах и специальных костюмах. А только мы улизнули из дома под предлогом, что хотим набрать на дальнем поле букетик фиолетовых репьёв, - у Наташи переднее колесо испортилось. Его надуваешь - оно сдувается. Камера совсем задряхла. А запасной нет.
      Наташа так расстроилась - мне даже совестно стало, что с моим великом ничего не случилось. И что я как ни в чём не бывало могу съехать на нём с огромной горы. То есть ни с какой горы я, конечно, одна не поеду - из солидарности. Но Наташа, несмотря на мою солидарность, продолжала расстраиваться. Она так сильно расстраивалась, что я проявила ещё большую солидарность - предложила проковырять моему велику, если её это развеселит, переднее колесо ржавым гвоздём. Наташа сказала, что её это ничуть не развеселит. Что же её тогда развеселит?
      - Хочешь, я тебя на багажнике покатаю? Фью, поезд отправляется!
      Мы доехали до водонапорной башни и свернули на вторые дачи.
      - Ой, там бультерьер, туда нельзя! - вспомнила я.
      - Можно, можно. Я сегодня утром видела, как он на машине уехал, - сказала Наташа.
      Вот радость! Бультерьер уехал на машине, можно не бояться! А Наташа всё равно грустная.
      - А хочешь, изобретём новый способ, как на велосипеде вдвоём кататься? - спросила я, когда мы затормозили у её калитки. - Весёлый-превесёлый?
      - Хочу, - невесело привздохнула Наташа.
      Способ такой: один ездок ставит ноги на раму и только рулит, а другой с багажника только крутит педали. Разделение труда! Мы когда трогались, чуть не свалились в канаву между дорогой и заборами. Ехали и всё чувствовали себя как-то неуверенно. Но дотянули до плит и даже развернулись в обратную сторону. И тут уже повеселей поехалось, потому что я заметила, как дачники из-за своих заборов удивляются и показывают на нас пальцем. А Наташина соседка Изольда Петровна воскликнула: "Ну и цирк!"
      О, вот чем надо развеселить Наташу! Мы устроим цирк! Мы будем мастера велосипедной эквилибристики. И такой номер отчебучим, что все рты пооткрывают! В обмороки попадают!
      Номер был задуман на славу. Назывался - "Пирамида". Эквилибрист-рулевой сидит верхом на руле и рулит, а второй эквилибрист крутит педали, держась за первого эквилибриста. Правда, Наташа вместо того чтобы радоваться, как "Пирамида" сейчас рванёт по вторым дачам, осторожничала. Мол, страшно садиться на руль, упасть можно. Трусишка, я же не заставляю её лезть на руль. Я сама на него сяду, пока она будет прохлаждаться на седле. Только пусть подержит велосипед, чтоб я вскарабкалась на руль.
      Сидеть на руле оказалось ужас как неудобно. Вот какие рули делают - людям сесть нельзя нормально! Но это бы ещё полбеды. Главное, Наташа не могла влезть на седло, когда я взгромоздилась на руль. Стоило ей сделать какое-нибудь движение - и велосипед начинал падать. Так она и стояла, вцепившись в велосипед. Даже зевнуть боялась. А я сидела на неудобном руле. Мне надоело сидеть без толку, и я придумала:
      - Прислоним велик к воротам! И спокойно займём свои места!
      Занять свои места, пусть не очень спокойно, всё же получилось. Сейчас - вот сейчас! - "Пирамида" отправится в путь!
      - Смотри на мою принцессу не нарули, - сказала Наташа. - Видишь, она всё стоит.
      У соседних ворот лежит куча тёмно-рыжего песка. Прохладного, сырого и тяжёлого. Мы с Наташей вчера слепили из него высокую колонну, а наверх поставили человечка из "Лего". Получилось очень похоже на памятник Юрию Гагарину. Мы и ручки человечку отвели назад, чтоб было как у памятника. Но потом человечек от ветра упал и бесследно зарылся в песок. И вместо него Наташа нацепила на колонну маленькую соломенную шляпу, которую уже не носит. И сделала из мелких камешков лицо с большой улыбкой. Ленточки на шляпе красиво развевались, и Наташа сказала: "Похоже на принцессу!" Я не согласилась: "С такой улыбищей?" "Ну и что ж что с улыбищей! Это весёлая принцесса!" И Наташа приделала ей ещё и ушки из плоских камушков, а вокруг принцессы натыкала забор из палочек и щепочек, чтобы кто-нибудь нечаянно её не разрушил.

      "Пирамида" уже полторы минуты назад должна была тронуться в путь! А Наташа всё ойкала, айкала и никак не отклеивалась от забора. Я решила её подбодрить:
      - Вот едут знаменитые велосипедисты-эквилибристы! Жми педали! Сейчас мы уедем далеко-далеко!
      Наташа наконец оттолкнулась от забора и нажала на педали. Но мы не уехали далеко-далеко. Мы вообще никуда не уехали. Переднее колесо сразу резко завернуло, и велосипед упал. И мы с Наташей тоже упали.
      - Слишком сложный номер, - сказала Наташа, поднимаясь и держась за коленку.
      - Да… - я поплевала на оцарапанный локоть. - Надо что-нибудь полегче придумать.
      - Пусть рулевой сидит по-нормальному, на седле, а?
      Ну вот, опять! Она всего интересного боится, ей лишь бы "по-нормальному". А что это скучно - такие пустяки её не волнуют.
      - Тогда надо, чтоб второй эквилибрист не "по-нормальному"! Чтоб он крутил педали как-нибудь… Чтоб он крутил педали руками! Это будет очень смешно! Ведь правда, смешно?
      - Д-да, правда, - с заминкой согласилась Наташа. - Но… куда второму эквилибристу девать ноги?
      Эх, если б только удалось придумать, куда ему девать эти никчёмные ноги! У меня чуть температура не поднялась, пока я изобретала для них место. А Наташа мне совсем не помогала! Она вообще была на стороне ног - хотела, чтоб они вместо рук крутили педали. Послушать её - выходит, что эквилибрист должен сидеть на седле, держаться руками за руль и ногами крутить педали. Но какой же он тогда эквилибрист?!
      - Да нет, пусть рулевой рулит отдельно, - оправдывалась Наташа, - а педальщик крутит педали как-нибудь не по-нормальному, только…
      - Стоп! - меня озарило. - Он сидит на багажнике задом наперёд и крутит педали НАЗАД! А велосипед едет ВПЕРЁД! И номер называется - "Каракатица"! Вот это настоящая смехота, скажи?
      Наташе пришлось согласиться - да, это настоящая смехота. И я тут же заставила её тренироваться крутить педали назад, а сама возила велосипед за руль. То-то будет весело, когда "Каракатица" поедет по вторым дачам! То-то все в обмороки попадают!
      Но Наташа почему-то не предвкушала всеобщие обмороки с таким весельем, как надо. Вместо этого она жаловалась, что устала. А чего она хочет? Без труда не вытащишь и ногу из резинового сапога! Должна же она мне помогать её веселить!
      Изольда Петровна из-за своего забора глаза на нас так и вытаращила. Будто никогда не видела, как люди на велосипеде катаются.
      Когда мы достаточно натренировали Наташу, встал вопрос - тронуться с места. Может, снова оттолкнуться от забора? А Наташа всё пищала "упадём, упадём". И настаивала, что кто-то должен нас хорошенько подтолкнуть. Дать нам, так сказать, импульс.
      - Вон твоя бабушка как раз вышла, пусть даст импульс!
      - Бабушка! - закричала и замахала Наташа. - Сюда, помоги!
      Но бабушка, узнав, какой импульс от неё требуется, отказалась наотрез. И ещё возмущаться стала:
      - Что творят, а? Так недолго и шею сломать! Даже не вздумайте никакую каракатицу устраивать!.. Хорошо, дедушка вас не видит. У него бы сразу инфаркт случился.
      Вот всегда так! Вечно нас этим инфарктом пугают! Что бы мы ни делали, дедушка тут как тут и инфарктом размахивает.
      Но я сдаваться не собиралась. Очень уж мне хотелось развеселить Наташу!
      И наконец родилась "Стрела". Первый эквилибрист вертит педали и пригнувшись держится за середину руля. Почему пригнувшись - да потому, что второй эквилибрист, стоя на багажнике одним коленом, через голову первого эквилибриста рулит. И при этом вторая нога второго эквилибриста вытянута назад. Как будто он делает "ласточку".
      "Стрела" тронулась с места без всякого постороннего импульса. Вот сейчас она полетит быстрее ветра по вторым дачам и всех поразит, и Наташа наконец-то развеселится! Но Наташа не спешила развеселяться. Она крутила педали с несчастным видом и так медленно, что "Стрела" походила не на стрелу, а на скрипучую водокачку.
      - Прибавить обороты! - потребовала я. - Так мы никого не поразим!
      А на улице, как назло, ни души. Незачем и ногу вытягивать…
      Наташа всё же прибавила обороты. Мы проезжали мимо забора Изольды Петровны. Она сегодня точно прилипла к своему забору - всё время из-за него выглядывает. Вот и сейчас - вижу, смотрит на нас. В обморок она, правда, не упала, но рот раскрыла очень широко. Надо её ещё сильнее поразить. На бешеной скорости, километров пять, а то и шесть в час, мы проскрипели мимо неё, и я с гордым видом вытянула назад ногу.
      Из раскрытого рта Изольды Петровны вырвался какой-то хриплый писк, так что я невольно обернулась и дёрнула рулём…
      Не успели мы опомниться, как уже все втроём - Наташа, велосипед и я - лежали на куче рыжего песка. Я торопливо взглянула на принцессу… Так и есть! Я на неё нарулила! Переднее колесо нанесло весёлой принцессе непоправимый урон. Она покривилась, шляпа и один глаз отвалились, а улыбища пошла змейкой и соединилась с ухом. Выражение лица у принцессы сделалось какое-то растерянное. И одновременно, как ни странно, зверское.
      Ну вот, Наташа теперь окончательно расстроится, что принцесса скособочилась…
      А Наташа как захохочет диким хохотом! Сидит на куче песка сгорбившись, одной рукой за живот схватилась, а пальцем другой руки тычет в принцессу. И из-за своего дикого хохота ничего сказать не может. Наконец выдавила:
      - Ты посмотри только… Улыбища куда… уехала!..
      И я тоже принялась хохотать над улыбищей. От радости, что Наташа хохочет.
      Всё-таки мне удалось её развеселить!
      Ведь если чего-нибудь очень сильно хотеть, обязательно получится.

Рисунки Саши Ярцевой

 

[в пампасы]

 

Электронные пампасы © 2008

Используются технологии uCoz