Юрий Маслов-Острович. ПОРТРЕТ ЖУЮЩЕГО КУЗНЕЧИКА
КАКОЕ В МИРЕ ЧУДО?

 

Юрий Маслов-Острович
Портрет жующего кузнечика
Записки теленатуралиста

 

От автора

Я с детства любил наблюдать за животными. Даже зоологом хотел стать. Или художником-анималистом, то есть таким художником, который рисует птиц и зверей. Но потом стал режиссёром - и начал снимать фильмы и телепередачи о природе.
      О том, что видел, что удивило и запомнилось, я и написал в этой книжке.

 

Портрет жующего кузнечика

      Мы снимали передачу о жизни летнего луга. Не работа, а курорт! Солнышко светит, птички поют. И все нужные объекты - под рукой. Цветочки стоят как вкопанные. Бабочки неспешно потягивают из них нектар. И гусеницы, никуда не торопясь, грызут стебельки да листики, на которых сидят.
      Всё было хорошо, пока дело не дошло до кузнечика…
      Кто пробовал поймать это шустрое насекомое, знает: одно неосторожное движение - и всё! Кузнечика след простыл!
      А с большой и тяжёлой камерой ещё труднее! Пока оператор её поставит да сам устроится поудобней - вокруг уже ни одного кузнечика. Только комары и слепни кружатся. Эти, наоборот, нас, киношников, очень даже любят.
      Посмотрев на мучения оператора, я решил ему помочь. Изловил здоровенного кузнечика, ухватил его за задние ноги и подсунул под объектив камеры.
      - Снимай! - говорю. - И покрупнее. Чтобы мои пальцы в кадр не попадали…
      Оператор посмотрел в глазок камеры и поморщился:
      - Плохо! Этот кузнечик похож на человека, которому руки занять нечем. Машет лапками в воздухе без всякого дела. И оттого лицо у него глупое…
      Я до сих пор сомневаюсь, что у кузнечика может меняться выражение лица. Но с лапками действительно что-то нужно было делать. Недолго думая я сорвал травинку и вручил её кузнечику. Тот сразу же вцепился в неё всеми свободными конечностями. А со стороны казалось, будто он на ней сидит.
      - Песня! - кивнул оператор. И даже пропел немного: - В траве сидел кузнечик… Зелёненький он был…
      Пока ставили камеру и наводили резкость, кузнечик совсем освоился со своей ролью. Под конец даже принялся задумчиво пожёвывать листик травы. И лицо у него было такое умное. Пожалуй, даже умнее, чем у многих наших телезвёзд…
      После выхода передачи в эфир ко мне подошёл один очень наблюдательный сослуживец и сказал:
      - Удивительное дело! С тобой операторы работают лучше, чем с другими режиссёрами. Стараются больше. Вон какой замечательный портрет кузнечика сняли. Тот ведь даже не заметил ничего! Ел как ни в чём ни бывало! А я представляю, как оператору пришлось попотеть! Наверное, полз на животе через всё поле со своей камерой…
      Я не стал разубеждать коллегу. Зачем раскрывать профессиональные секреты?

 

Съёмка синиц

      Животных снимать сложно. Им ведь не скажешь, как людям: встаньте сюда, повернитесь на камеру и притворитесь, будто вы нас не видите.
      Животные всегда замечают человека, который пытается к ним подойти. И на всякий случай убегают, улетают или ныряют поглубже. Поэтому, чтобы снимать всякую пугливую живность, режиссёры и операторы выдумывают разные хитрости. Строят шалаши, ставят маскировочные палатки, подкладывают приманки.
      Однажды в своей телепередаче я захотел рассказать, как живётся синицам зимой. И начал готовиться к съёмке. Смастерил кормушку из кефирного пакета, насыпал туда семечек. И повесил её на балконе.
      Синицы очень быстро привыкли прилетать ко мне за кормом. Но столовая оказалась тесновата и не могла вместить всех желающих. Поэтому пичуги установили живую очередь. Одна за другой они слетали с дерева, хватали семечки и тут же возвращались на ветку.
      Несколько дней подряд наблюдал я синичью круговерть за окном. И наконец решил, что объект к съёмке готов.
      Позвонил на студию оператору:
      - Завтра приезжайте всей группой ко мне в гости. Посидим, попьём кофе, а заодно поработаем. Поставим камеру - и пусть она снимает, как синицы за окном кормятся…
      На следующий день съёмочная группа приехала ко мне на завтрак. Оператор с камерой, осветитель с прожекторами. Сварили мы кофе, установили оборудование - и сели ждать…
      Прошёл час, другой, а синиц что-то не видно. Наверное, рано ещё, решили мы. И погода хмурая. Вот они и не проснулись.
      Но осветитель уже устал от безделья и решил прогуляться. Тем более что на улице совсем рассвело и снимать можно без подсветки.
      Он ушёл, но вскоре вернулся:
      - Ничего у вас не получится. Все синицы на первом этаже кормятся. А к вам на четвёртый им лететь неохота.
      - Как на первом этаже? - удивился я. - В нашем подъезде больше ни у кого кормушек нет. Все синицы ко мне прилетают.
      - Иди сам посмотри, - обиделся на моё недоверие осветитель.
      Выскочили мы с оператором на улицу - и точно! На первом этаже, прямо на оконном карнизе, лежит кормушка, сделанная из простой конфетной коробки. В этой квартире первоклассник какой-то жил. Ему, наверное, в школе такое задание дали - птиц подкармливать. И надо же - именно сегодня! Синицы, понятное дело, новую столовую облюбовали: и летать высоко не надо, и места больше, всей стаей кормиться можно.
      Вытащили мы камеру на улицу, поставили под окном. Но не тут-то было! Птицы нас опасаются, не хотят перед камерой позировать. Сидят на дереве и недовольно попискивают.
      Я предложил переставить камеру подальше. Чтобы синицы не боялись. Но оператор не согласился:
      - У нас объектив слабенький, издалека крупно снимать не сможем…
      А синицы тем временем стали потихоньку на четвёртый этаж летать - на мою кормушку.
      - Придумал, - говорю я. - Надо сюда нашего осветителя поставить. Пусть синиц от чужой кормушки отгоняет. А мы их будем наверху караулить. Рано или поздно они туда прилетят. Голод ведь не тётка!
      И правда! Не прошло и пяти минут, как все синицы снова вернулись к моему окну. Кадры получились замечательные!

 

Воронята

      Однажды, в конце весны, наш сотрудник пришёл на телестудию с забинтованной головой.
      - Ворона долбанула! - сказал он. - Шёл, понимаешь, через сквер по дорожке, никого не трогал, а она вдруг как налетела. Да клювищем как даст!
      - Там где-нибудь в траве воронёнок сидел, - догадался я. - Вот мать своего птенца и защищала. Весной такое часто бывает…
      Мы решили вставить эту историю в нашу передачу. Но смогли выехать на съёмку только дня через два - и опоздали. Воронёнок уже немного научился летать и сумел вспорхнуть на провода. Родители сидели рядом, гордились успехами сына, а на прохожих не обращали никакого внимания.
      Тут я вспомнил, что в моём дворе вороны загнездились позже других. Поэтому и птенцы у них должны вылететь позже. Может, ещё успеем…
      Этот воронёнок сидел не на газоне, а на нижней ветке берёзы. Наверное, так ловко спланировал из гнезда. Но всё равно - не очень высоко сидел. Можно было палкой дотянуться. Если хорошенько подпрыгнуть.
      Оператор поставил камеру, а я стал изображать, что хочу достать птенца. Что тут началось! Обе взрослые вороны уселись на соседнем дереве, громко каркали и яростно ломали клювами тонкие веточки. Словно хотели показать, как они с нами расправятся! Но при этом ни одна из птиц не пыталась напасть. Может быть, они понимали, что серьёзной опасности для детёныша нет. Или, может, все вороны разные по характеру. В центре города, наверно, выживают только самые нахальные и драчливые. А у нас, на окраине, птицы потише, поспокойнее. Надо будет ещё понаблюдать, проверить…

 

Тетеревиная зорька

      Все, наверное, слышали о весенних турнирах тетеревов. Только мало кто их видел. Ведь происходят они в укромных местах, на болотах или лесных полянах, да ещё ранним утром, до рассвета, почти затемно…
      Чтобы заснять это зрелище, мы специально поехали в дальний лесной район. Ночью, в темноте, нас на тракторе перебросили в какое-то глухое урочище. Там, на опушке леса, был уже заранее построен шалаш.
      Трактор уехал, мы залезли в укрытие и стали ждать. Вернее, ждать-то стал я. А оператор сразу же закутался в тёплый тулупчик и невозмутимо заснул.
      В мае светает рано. Особенно когда спишь дома. Но в лесном шалаше - при ночных заморозках да в ожидании природного чуда - время тянется бесконечно.
      Я проковырял дырку в стенке шалаша и до рези в глазах всматривался в темноту. И всё равно пропустил тот миг, когда появился первый тетерев. Да это и немудрено. Лесные петухи прилетают на турнир ещё в потёмках. Разглядеть их не легче, чем найти чёрную кошку в тёмной комнате.
      Когда чуточку развиднелось, тетерева стали хорошо заметны на фоне жёлтой прошлогодней травы. Хотя сначала мне показалось, что перед усталыми глазами просто мечутся какие-то чернильные кляксы.
      Их было десятка полтора. Они то кружились на месте, грозно распушив перья и что-то бормоча себе под нос, то гонялись друг за другом и устраивали драки. Как обычные деревенские петухи.
      Я несколько раз будил оператора. Но тот, глянув наружу, только мотал головой. Нет, для видеокамеры ещё темно. И вновь засыпал.
      А потом всё неожиданно кончилось. Тетерева, словно чего-то испугавшись, вмиг прекратили свои поединки и улетели. Наверно, осторожные птицы заметили какого-то хищника. Может, лиса к ним подбиралась. Или ястреб пролетал.
      Мы подождали ещё часа два, но напрасно. Тетерева не вернулись. Так мы ничего и не сняли. Остались только впечатления.

 

Из лягушачьей жизни

      Сколько раз бывало: едешь в дальнюю экспедицию, в засаде сидишь, тяготы терпишь - и ничего путного не снимешь! А то вдруг наоборот - на пустом месте случается удача…
      Как-то раз весной, посреди цветущего луга, наткнулись мы на пруд. Совсем маленький, размером с комнату. А в нём - целый хор зелёных лягушек.
      Певцы все важные такие. Сидят и щёки надувают. Вернее, не щёки, а специальные воздушные мешки - резонаторы. Это чтобы песня звучала громче.
      У каждого певца - свой крошечный участок воды. И пусть только попробует кто чужой туда сунуться - сразу по резонаторам получит!
      Правда, когда мы подошли к пруду, песни моментально прекратились. А сами лягушки нырнули поглубже. И затаились.
      Постояли мы, постояли, но никто из них так и не показался. Вот я и попросил оператора поставить на берегу камеру, нацелиться куда-нибудь на середину пруда - и уйти. А вдруг что-нибудь да получится? И надо же - получилось!
      В кадр попали участки двух лягушачьих самцов. Хозяева сидели совсем близко друг к другу. Но при этом каждый делал вид, что соседа в упор не замечает. Даже спинами друг к другу повернулись! Прямо не соседи, а соперники. Конкуренты!
      И тут появился какой-то лягушачий бродяга. Видит, все участки вокруг заняты, хозяева - на страже. Он и решил протиснуться между ними. По границе. По ничейной территории. Но не тут-то было!
      Оба соседа-конкурента, словно по команде, разом повернулись. Да как наваляли бедному бродяге с двух сторон! Бац! Бац! Бац! И лапками, и головами. А после, прогнав недотёпу, опять уселись спиной к спине. И, будто не замечая друг друга, снова запели свои весенние песни.

 

Кот Базилио

      Чего я только не насмотрелся, пока мы снимали фильм про бездомных собак! Но особенно мне запомнилась одна небольшая стайка, обитавшая возле продуктового магазина.
      Эти собаки совсем не походили на обычных бродяг, живущих по древним волчьим законам. Они не промышляли на помойках и не дрались с чужаками, отстаивая свою "охотничью территорию". Это были мирные магазинные попрошайки, которые кормились за счёт покупателей.
      Казалось бы, ничего особенного. Таких много в каждом городе. Но в этой стае вожаком был кот! Причём трёхногий. Где он потерял одну из передних лап - неизвестно. Наверное, в какой-нибудь жаркой схватке. Или в крысином капкане, когда пытался вытащить оттуда приманку. Тот ещё котяра!
      Расчёт нищей братии был прост. Кот занимал позицию у самого входа в магазин, куда собак обычно близко не подпускают. И как только из гастронома выходила очередная старушка с авоськой, жалобно мяукал и протягивал искалеченную лапу. Сердобольная бабулька останавливалась. Доставала что-нибудь вкусненькое и угощала несчастного инвалида. И сразу натыкалась на умоляющие взгляды собак. Ну как тут не покормить бедняжек!
      Похоже, дела у дружной бригады шли неплохо. Особенно это было заметно по коту: морда толстая, шерсть лоснится. Да и собак никто бы не назвал худыми…
      А мне до сих пор интересно: долго ли они репетировали свой номер? Или всё это получилось случайно, само собой?

 

Собака породы "волк"

      В моём фотоальбоме есть снимок, где я гордо держу волка за ошейник.
      История этой фотографии печальная. Хотя начиналась она хорошо…
      Как-то раз один наш земляк побывал в командировке на Кавказе. И привёз оттуда волчонка. Малюсенького - с ладошку. И семье, и соседям волчий щеночек очень понравился. Поэтому решили его приручить. Даже документы на него выправили - как на собаку. Но в графе "порода" всё-таки честно написали "волк".
      Когда мы приехали в эту удивительную семью снимать передачу, волчонку исполнилось месяцев десять. Он ко всем ласкался, со всеми пытался играть. Особенно с хозяйским котом. Но тому игры с волком не очень-то нравились. И кот быстро удирал на крышу сарая. Где уже сидели кошки со всего двора.
      Местные собаки тоже были не рады такому соседству. Когда мы вели волчонка на съёмку в соседний парк, встречные дворняжки испуганно поджимали хвосты. Это люди могут по ошибке принять лесного зверя за овчарку, а собаки никогда не ошибутся!
      Я спросил хозяйку: как мохнатый приёмыш относится к своей новой семье? И женщина простодушно ответила, что взрослых он побаивается. А вот сынишку-первоклассника иногда задирает. Пробует меряться силой…
      Тут бы нам и встревожиться! Ведь у домашнего волчонка начали проявляться задатки дикого зверя. Но мы надеялись, что всё будет хорошо…
      Потрепав волчонка за ухо, мы сфотографировались с ним на память и уехали.
      Год спустя мне захотелось узнать продолжение этой истории. И сделать ещё одну передачу о волке, живущем среди людей. Но снимать было уже некого…
      Мне рассказали, что повзрослевший волчонок стал всё чаще нападать на мальчика. Так сказать, на "сводного брата". А потом, осмелев, начал огрызаться и на главу семейства.
      Его перевезли в деревню, на дачу. Поселили в просторном вольере под присмотром деда. И поначалу успокоились: и волк сыт, и люди целы. Но до беды оставалось немного. Улучив момент, зверь всё-таки напал на старика.
      Слава богу, человек остался жив. А вот волка пришлось усыпить. Навсегда…

 

Мишкина земляника

      Мой друг Саня устроился работать в Дарвинский заповедник. Охранять самый дальний и глухой участок. Вот мы с оператором и поехали к нему в гости - посмотреть, как человек живёт один на один с дикой природой. Ну, и заодно сообразить на месте, можно ли снять об этом фильм.
      Вместе с нами в заповедник приехали юннаты и две преподавательницы - помогать Сане обживаться на новом месте.
      Чтобы не мешать хозяину и его новым помощникам, решили мы с оператором оглядеть окрестности. А Саня и говорит:
      - Тут рядышком земляничник хороший. Вы на него прямо по берегу выйдете. Подкрепитесь витаминами…
      И правда, совсем недалеко от Саниной избушки наткнулись мы на земляничную поляну. Ну просто красную от ягод. Стали мы собирать эти природные витамины в четыре руки. И вдруг замечаем: земляничник-то уж больно помятый. Будто слон топтался. Или бульдозер прошёл.
      - Это юннаты, наверное, тут наследили, - говорит оператор. - Одну ягодку взяли, а пять раздавили…
      - Да вряд ли, - отвечаю я. - Они в лес ещё не ходили. К тому же, смотри: тут явно кто-то на брюхе ползал. И ягоды как ковшом загребал…
      - И кто так мог насвинячить? - не понял оператор.
      - Кто-кто… Медведь!
      И только я это сказал, как метрах в двадцати от нас - при полном безветрии! - упало дерево.
      - Уходим! - крикнул я оператору.
      И мы пошли. Да так быстро, что запросто могли бы стать олимпийскими чемпионами…
      Наутро, взяв для безопасности Саню, мы снова отправились на земляничную полянку. Проверить - зря мы улепётывали или нет. Оказалось, не зря. Неподалёку от земляничника нашли упавшую сухую ель. Вся кора на ней была вдрызг изодрана когтями. Сразу видно, нервничал косолапый, глядя, как чужаки его ягоды трескают. А потом понял, что по-хорошему мы не уйдём. Взял да и повалил дерево. Чтобы мы поняли, чья тут земляника.

 

Марш куропаток

      Мы приехали на съёмку в заказник. Заказник - это такое место, вроде небольшого заповедника, где охота запрещена. Поэтому звери и птицы спокойно выводят там своих детёнышей. Да и вообще живут почти без всякой боязни.
      Наша съёмочная машина медленно продвигалась по заснеженной лесной дороге. А начальник заказника так же неторопливо рассказывал нам о местных животных. Лосях и кабанах, зайцах и рябчиках…
      - А ещё, - значительно произнёс наш проводник, - у нас хорошо прижились серые куропатки. Помните сказку Бианки "Оранжевое горлышко"? Как раз про этих птиц… - И, глянув случайно в окно, добавил: - А вот и они!
      Я посмотрел следом - и замер.
      Вдоль дороги, не обращая внимания на машину, шагала стайка сереньких птиц. Штук десять-двенадцать. Строем! След в след! Как на параде…
      Мы с оператором выскочили наружу. Но птицы, словно не замечая нас, невозмутимо продолжали свой марш.
      - Снимай, снимай быстрее! - шепчу я оператору. А у того, как нарочно, камеру заклинило - не включается!
      Время будто остановилось.
      Куропатки, не ускоряя шага, обогнули машину.
      Чуть ли не под самыми колёсами перешли через дорогу.
      Спустились в придорожную канавку.
      И почему-то только тогда быстро-быстро побежали. А метров через десять поднялись на крыло.
      Только мы их и видели…
      Позже, в других местах, наша съёмочная группа частенько натыкалась на серых куропаток. Но ни разу не удавалось подойти к ним так близко.

 

Змеиная наука

      В одной своей телепередаче я рассказывал о гадюке. При этом я сидел на корточках, а живая змея, свернувшись, лежала у моих ног. Все знакомые спрашивали: неужели мне было не страшно? Или гадюка была ручная, домашняя?
      На самом деле, я с детства недолюбливал змей. Особенно ядовитых. Побаивался их. Пока не познакомился с настоящим змееловом. Он и объяснил мне, как и почему гадюки кусают людей. И как этого избежать.
      Ни одна гадюка на человека не охотится. Слишком уж мы крупные - не проглотить. А раз так, то и свой ценный яд змея на нас тратить не собирается.
      Более того, гадюки очень боятся людей. Как только заметят человека, сразу стараются уползти, спрятаться. Поэтому мы их видим нечасто.
      Но бывает так, что змея скрыться не успевает. И от страха начинает защищаться. Мой знакомый змеелов рассказал мне, как она это делает. И даже показал.
      Обнаружив у себя под носом опасность, гадюка свивается в клубок и начинает шипеть. Так громко, что не услышать нельзя. Это она предупреждает: "Стой! Не подходи!" Тут человек разумный должен остановиться. Отступить назад. Дать змее уползти.
      Если человек наступает, а гадюке некуда деваться, она предупреждает по-другому. Делает резкий выпад вперёд. На противника. Но с закрытым ртом.
      И только когда человек совсем не понимает, гадюка пускает в ход зубы.
      К сожалению, слишком многие люди не понимают змей. Увидев перед собой шипящую гадюку, они сразу хватаются за палки. Пытаются ударить. Или раздавить ногой. И змея в ответ кусает.
      Бывает и по-другому. Ползёт человек на четвереньках. Грибы-ягоды собирает. И ничего вокруг себя не видит. А гадюка дремлет где-нибудь на солнышке. И тоже человека не замечает, пока тот на неё не наступит. Тут уж ей шипеть некогда - защищаться надо. И опять-таки не змея в этом виновата. Если уж ты пришёл в лес, помни, что это не твой дом. Смотри под ноги. Уважай покой лесных обитателей…
      Скажу честно. После рассказа змеелова гадюк я так и не полюбил. Но относиться к ним стал спокойнее. По крайней мере, орать и шарахаться при виде змеи не буду. Просто встану и подожду, когда она уползёт по своим делам. Или уйду сам - не торопясь и поглядывая себе под ноги.
      И пока что ни одна гадюка на меня не напала.

 

Соколиная барышня

      Когда у нас в городе ещё не было зоопарка, при краеведческом музее открылась выставка живых животных. Там было много всего интересного. Питоны и черепахи, певчие птицы и аквариумные рыбки. Но больше всех мне нравился сокол-дербник. Вернее, соколица. Совсем юная. Девочка-подросток, по человеческим меркам.
      На выставку эта соколиная барышня попала совершенно удивительным образом. Ранним утром она постучала в окно чьей-то квартиры. Люди, жившие там, очень удивились, но птицу в дом пустили…
      Знатоки-соколятники утверждают, что дербники быстро и хорошо приручаются. Вот и эта соколица была вполне домашней, не дикой. Возможно, её поймали совсем маленькой, ещё птенцом. Вырастили, а потом решили отпустить на волю. Но птица уже привыкла к людям, к городской квартире. Она не знала, как жить в природе. И потому постучалась в первое попавшееся окно.
      Приютившие её люди тоже не знали, что с ней делать. Поэтому принесли птицу в музей, на выставку.
      У соколицы была очень милая привычка кивать, когда с ней разговаривают. И приговаривать: "Кьяк-кьяк-кьяк". Словно она поддакивала, соглашалась с тобой.
      Заскакивая в музей по делам, я частенько беседовал с птицей. И можно сказать, мы с ней почти подружились…
      Наши свидания закончились неожиданно. Когда я был в командировке, на съёмках, выставку закрыли, а всех животных раздали по разным зооуголкам. И никто не мог вспомнить, куда отправили мою соколиную барышню.
      А как бы хорошо было снова встретиться и поговорить!

 

[в пампасы]

 

Электронные пампасы © 2015