ИСТОРИИ

 

Марианна Гончарова
Самое необходимое

 

Когда у нас началось наводнение и сотрудники МЧС велели взять самое необходимое и немедленно уезжать, я погрузила в машину своих детей, попугая, собаку, кота, взяла документы, куклу, маленький аквариум и зонтик…
      Почему именно куклу, аквариум и зонтик? Потому что именно это в моей жизни - самое необходимое.

 

Мадемуазель Жюльетт-Марион

Это кукла. Ей уже надо присваивать звание героя за выслугу лет в разных семьях. Кукле лет шестьдесят. А может, и больше. Она - парижанка. С выразительным фарфоровым совершенно не кукольным лукавым острым личиком, большими удивлёнными глазами, с роскошной чёрной шевелюрой под облезлой соломенной шляпкой. Сшитая из мягкой байки, она уютно, по-домашнему одета в платье а-ля пейзан с оборками и белые панталончики. Каждая семья, которая получает мадемуазель Жюльетт в подарок, вносит в её костюм какой-то вклад, продлевая ей жизнь. Кто-то пришивает к панталончикам кружева, кто-то подшивает разболтавшиеся руки-ноги, кто-то чинит шляпку…
      Нам она досталась в подарок от Карташовых, когда Лине исполнилось пять лет и Карташовы убедились, что Линка не будет над ней издеваться. Её подарили с наказом любить и беречь, шептать ей в ухо девчачьи глупости и не оставлять одну. А главное, никогда не класть в тёмный шкаф, коробку, а тем более в полиэтиленовый пакет. Потому что она - живая.
      Карташовым Жюльетт-Марион досталась как символ семейной реликвии от потомственного дворянина из Парижа. Светка Карташова оказалась его двоюродной внучатой племянницей. Старик их как-то разыскал лет сорок тому назад, прислав огромное письмо на французском языке. В том маленьком городе в Карпатских горах, где жила Светка, в то время не оказалось никого, кто смог бы это письмо перевести. В школах изучали немецкий и английский. Письмо отвезли в областной центр, и там, в бюро переводов, им отпечатали на машинке откровения старого дворянина: одиночество, печаль, любимая газета выходит на плохой бумаге, стал хуже видеть, волосы на макушке редеют. Экология, наверное - размышляет восьмидесятилетний дедушка. И добавляет: - Да! Чуть не забыл! Вы у меня одни на этом свете.
      Нужно было написать что-то в ответ. Во-первых, ответить на вопросы старика, во-вторых, дать понять: мы не претендуем, хоть и одной крови. У нас всё есть.
      Легко сказать "написать", когда никто ни слова по-французски И к тому же в горах, если выпадал снег, дороги так заносило, что люди оставались долгое время как на острове. В областной центр можно было доехать только на вездеходе. Но Светкин отец ужасно изобретательный. Ему в голову пришла абсолютно гениальная идея - Лев Толстой, "Война и мир". Все письма там были написаны на куртуазном французском, а в сносках - перевод. И тогда они решили выбрать оттуда хотя бы пару фраз для вежливого ответного письма.
      Все разбежались по комнатам, вооружившись томами Толстого, закладками и карандашами, - отмечать подходящие места. Каково же было разочарование, когда выбрать удалось всего две подходящие фразы: "Магазины пусты. Дороги непроходимы".
      Старик стал звонить им.
      - Бонжур, - говорил он тихим дребезжащим голосом, что означало: "Мне одиноко. Зрение падает. Макушка лысеет. Газета не радует".
      - Бонжур, - отвечала Светка, что означало: "Магазины пусты. Дороги непроходимы".
      - Же тэм, - говорил старик, что означало: "Да! Чуть не забыл: мы же одной крови!"
      - Мерси, - отвечала Светка, что означало: "Мы - одной крови, но нам ничего не надо".
      - Оревуар, - прощался старик, что означало: "Позвоню ещё, если буду жив".
      - Оревуар, - отвечала Светка, что означало: "Конечно, конечно, звоните в любое время".
      Именно этот вот Светкин титулованный двоюродный дедушка и прислал в подарок мадемуазель Жюльетт-Марион. Уже далеко не юную, но хорошо сохранившуюся девицу. С ней в компании выросла сама Светка; потом, подреставрировав личико и ладошки с растопыренными пальцами, она подарила её своей старшей дочери Тане. Младшая Наташа только Жюльетт открывала все свои тайны. А потом кукла-ветеран была подарена Лине. И моя дочь приняла её в качестве лучшей, умудрённой прошлым опытом, подруги. Линкина бабушка, подремонтировав мадемуазель-пейзанку в очередной раз, вшила в её мягкое тельце красное бархатное сердечко. И сейчас, когда на неё смотришь долго, кажется, что она дышит.

 

Мокроусов М.

Это конь. Ну, не совсем конь. Конёк. Морской. У нас в аквариуме живёт. Красавец агатовый, статный, интеллигентный… Очень элегантно двигается. Митрофан.
      Мужчины настоящие сейчас дефицит. Обычный мужчина (за редким исключением) что обычно делает в трудные моменты жизни? Что? Да, обстоятельно надирается, чтоб потом было уютно валяться в луже и от души горевать.
      Другое дело - Митрофан.
      Чем же он хорош. Его супруги - надо сказать, легкомысленные особы - раз в какое-то время года начинают вести себя привередливо и даже по-хамски. Ну, там, ой, что-то меня тошнит, хочется чего-нибудь солёненького… Митрофан и так около каждой, и эдак… А они, барыни такие, вымой посуду, дорогой, что-то нам не по себе… Что-то жарко, выключи лампу, что-то холодно - включи. Ну и так далее.
      А потом на свет появляются коньки, жеребята морские… И что б вы думали? Папка их, Мокроусов Митрофан, всех отлавливает, складывает к себе в торбу на животе и вынашивает, как кенгуру… А мамочки - на диван, телевизор смотреть, курить и хихикать…
      Конечно, всё не так буквально…
      Настоящие мужчины, одним из которых является морской конёк Митрофан Мокроусов, большая редкость в наше время и в лужах не валяются.

 

Риткин зонтик

Ритка - ученица моей мамы. Они подружились на почве английского языка, обаяния моей мамы и Ритиного чувства юмора. Они так хорошо дружили, что и дня не могли друг без друга обойтись. Надо сказать, что мою маму вообще очень любят все ученики. Есть у нас в доме одна фотография-виньетка выпускного класса. Выпуска 1964 года. Там все девочки (практически все они - наши с сестрой няньки) сфотографированы в одинаковых кофточках, очень стильных, импортных. Просто удивительно, где они столько красивых одинаковых кофточек раздобыли. Кстати, и фотография моей мамы была на этой виньетке. И мама тоже была в такой же стильной кофточке с бантиком. Так, чтоб вы знали, - это была одна и та же кофточка. Девочки надевали её по очереди и фотографировались. Это была мамина кофточка. Теперь поняли?
      Так вот - мы с сестрой приняли Ритку практически в качестве старшей сестры. Родители часто оставляли нас на Риту.
      - Ри-ита! - орала я из соседней комнаты. - Как пишется: шыколад или шеколад?
      - Шо! - в ответ Ритка. - Шоколад. А что?
      - А ничо-ничо. Я пишу список, что ты нам должна купить и сделать, чтобы я не говорила маме, что к тебе сюда Олег приходил, и чтобы моя мама не говорила твоей маме.
      Мы с сестрой писали:
      Шиколад
      Рисовачку (Эту книжку заказывала сестра, там надо было раскрашивать рисунки.)
      Свяжи нам платье для Кучинской. (Кучинская - это была кукла-гимнастка; тут мы с сестрой расходились в желаниях: я хотела белое, сестра - красное.)
      Нарисуй нам бумажных кукол, чтоб вырезать им платья.
      В воскресенье пойдём с нами гулять далеко, и чтоб ты нам рассказывала что-нибудь.
      И тогда мы ничего не скажем маме.
      А в конце я приписывала:
      А когда ты уже окончишь институт, тогда привези мне складной зонтик, который из маленького делается большим-большим. И цветным.
      У меня тогда был только смешной клеёнчатый китайский зонтик на бамбуковых тростях.
      И мы получали свой шИколад на следующий день. И платье для куклы. И бумажных красавиц. Риткин брат Женя был художником, поэтому наши куклы были лучшие во дворе. И конечно, Ритка уводила нас гулять и рассказывала много чего интересного. Словом, мы были страшными шантажистками. Хотя всё это делалось только потому, что мы хотели, чтобы Рита принадлежала только нам. И никаким Олегам.
      Сейчас Рита со своим Олегом живёт в Бангладеш. Пишет мне удивительные письма. Там, в Бангладеш, к ней в дом пришла собака. Пришла, стала ненавязчиво кокетничать, юлить, подлизываться. Рита долго крепилась, держала нейтралитет: мол, я тебя не знаю и знать не хочу. Но собака была с характером и дело своё знала хорошо - она принялась защищать Ритку от муравьёв и соседей. И однажды Ритка расслабилась - ну, была в хорошем настроении - и ей подмигнула. Собака поняла это как входи, живи, чувствуй себя как дома.
      Ритка наша добрая и очень красивая. Она как улыбнётся на базаре, там у бенгальцев температура сразу повышается. Продавцы всё бросают и за ней несколько километров бегут, чтобы всучить какой-нибудь залежалый товар за бесценок, но втридорога… И Ритка на третьем километре такого преследования обычно жалеет бенгальца: ну что он, маленький, бежит, тряпками размахивает, лопочет - они ведь все костлявые, коричневые, ленивые - останавливается она резко, оборачивается, бенгалец ей в объятья - шмяк! И застывает, как в раю. Ритка аккуратно бенгальца от своей роскошной груди отпихивает и вежливо спрашивает:
      - Ну?! Какого чёрта?!
      А тот как начинает перед белой красавицей хвастаться своим товаром - он же на себе его тянул все три километра, пока за Ритой бежал. Это в плохие дни. А в удачные за Риткой бежит полбазара. Их даже не останавливает, если Рита в машину садится, - они тогда догоняют автомобиль и в окна стучат зазывно: мол, отвори потихоньку калитку… И покупает Ритка у них какую-нибудь циновку там или ещё что-нибудь. На такой вот циновке и поселилась у неё та самая большая, длинная, толстая и жёлтая собака. Как вы думаете, можно назвать большую, длинную, толстую и жёлтую собаку? Правильно: Банан.
      Банан отличался добрым нравом, исключительной верностью и проявлял стойкую любовь к мусульманским обрядам. В преддверии рассвета он очень торопился во двор и внимательно смотрел на минарет, что высился неподалёку. Как только туда взбирался муэдзин, Банан не мешкая откашливался, плотно усаживался на хвост и принимался вдохновенно вторить, распевая во всё горло сладостную хвалу Аллаху. За что неоднократно был бит оскорблённым местным населением. Но пристрастию своему не изменил. Даже самая вкусная котлета, даже очаровательная соседская болонка-француженка Корова не могли его отвлечь от восхваления Всевышнего.
      Обо всем об этом мне рассказывала в своих письмах наша Ритка. Но я это пишу только для того, чтобы вы поняли, какая она замечательная. Она ведь с самой своей юности ездит по всему миру, и не праздно путешествовать, а работать. Ритка - переводчик. И вот однажды, когда она работала со своим Олегом в Египте, там случилась война судного дня. И красавицу Ритку - главное, как сказал один военный летчик, стратегическое оружие нашей страны - красавицу-блондинку Ритку с сияющей улыбкой и синими глазами и ещё пятнадцать жён советских специалистов, которые оставались там, в Каире, ночью на военно-транспортном самолёте эвакуировали из Египта. Самолёт опустился на пустынный военный Киевский аэродром. И когда он сел (это было в начале октября) и Ритка стояла там, на пустынном аэродроме, одна, растерянная, с будущим сыном Павликом в животе, тогда она разревелась, что для Ритки - большая редкость. Так вот, в маленькой сумке, в которую ей велели собрать самое необходимое, Ритка кинула документы, медицинскую свою карту, тюбик губной помады, пачку салфеток, пакетик мятной жвачки и новенький, прелестный японский зонтик. Для меня…
      Вот он, этот зонтик…

Художник Анастасия Холодилова

[в пампасы]

 

Электронные пампасы © 2009

Используются технологии uCoz