Уолтер де ла Мэр. ПЕСНЯ СНА (продолжение)
МАСТЕР-КЛАСС

 

Уолтер де ла Мэр
Песня сна
Перевёл с английского Виктор Лунин

 

 

Где-то

Где-то, где-то
В далёкой стране,
Почти что у края света,
Есть место, которое грезится мне,
С названием странным ГДЕ-ТО.
Когда-то и где-то о нём я слыхал,
Да только дороги туда не узнал.
Пусть мне придётся
Плыть и скакать,
Пусть мне придётся
Глаз не смыкать,
Но это, но это
Далёкое ГДЕ-ТО
Я всё же хочу отыскать.
Где-то, где-то
Есть маленький дом,
Тёплый, уютный домишко.
Там часто едят за одним столом
Вместе кошка и мышка.
А после садятся они у огня
И, грея носы, ожидают меня.
Кухня, кладовка,
Булки в лукошке,
Свечки на полке,
Звёзды в окошке,
Стол, табуретки,
Миски да ложки...
Этого мне
Хватит вполне.
Мне, и мышке, и кошке.

Где-то, где-то
Кошка взяла
Вкусное имя - ПЕНКА,
Поскольку любимым блюдом была
Для кошки нежная пенка.
А мышка-малышка настолько мала,
Что имени вовсе себе не взяла.
Как бы вы мышку
Долго ни звали,
Ответа от мышки
Дождётесь едва ли,
Хоть хвостик дразнящий
Мелькает чаще
В комнате, чем в подвале.

В дальнее ГДЕ-ТО
Хочу я уйти,
В пустынное, тихое ГДЕ-ТО,
Куда даже птица не долетит,
К самому краю света.
И мне всё равно, что оно далеко,
Что даже услышать о нём нелегко.
Пусть мне придётся
Плыть и скакать,
Пусть мне придётся
Глаз не смыкать,
Падать от зноя,
В дождь промокать,
Сквозь все ПОЧЕМУ
И ЗАЧЕМ проникать,
Но это, но это
Далёкое ГДЕ-ТО,
ГДЕ-ТО, ГДЕ-ТО,
ГДЕ-ТО, ГДЕ-ТО -
Я всё же хочу отыскать!

 

Всадник

Я слышал, как всадник
Съехал с холма.
Луна освещала
Тускло дома,
И шлем серебрился,
И бледен был гость,
И лошадь бела,
Как слоновая кость.

 

Охотник на львов

В Британии когда-то жил
На львов охотник страстный.
Он их в Италии искал,
Он их в Испании искал,
Искал в морях,
На гребнях скал
И чуть однажды не поймал
Британского большого льва
В стране своей прекрасной.

Вот как-то раз пустился он
В далёкий путь опасный.
И в этот путь он взял с собой
Ружьё с подзорною трубой
И стульчик маленький складной,
Чтоб отдохнуть в стране чужой
Пред тем, как встанет перед ним
Степей хозяин властный.

Он шляпу новую надел
С подкладкою атласной,
Чтоб подманить наверняка
Льва или львицу, как быка,
Подкладкой ярко-красной.

Ещё с пижамой чемодан
Он нёс. Но в день злосчастный
Он в африканских дебрях вдруг
Негаданно пришёл в испуг,
Когда увидел, что идёт
Навстречу лев ужасный.

И не успел он шляпу снять
С подкладкой ярко-красной,
И не успел на стульчик сесть
Охотник этот страстный,

И не успел ружья поднять
С подзорного трубой.
Одно он только и успел -
Сказать тихонько: "Ой!"
Но хоть он это и успел,
Голодный лев беднягу съел.

 

Старый портняжка

Жил старый портняжка Хиксри Му.
Однажды шить надоело ему,
Забросил он в угол иглу и нитки
И, сев на стол, заиграл на скрипке.
От каждого взмаха его смычка
Свеча сокращалась на полвершка.
Скрипичные струны визжали и выли,
Как будто животными дикими были,
И падал воск со свечи тяжело,
И так бы вечно тянуться могло,
Если бы кот не сказал чуть дыша:
- Бр-р! До чего же игр-ра хор-роша!

 

"Пожалуйста, помните"

Пугало я.
Вместо мозга - трава.
Ноги в огне,
В небесах голова.

Я постарело.
Вся жизнь - позади.
Стёрлись глаза,
И ломота в груди.

Старая шляпа -
Старый позор.
Маску лица
Озаряет костёр.

Тлеют отбросы.
Гаснет мой пыл.
Скоро я буду -
Пепел и пыль.

 

Кекс и вино

Король Изюм
Ел кекс однажды
И пил вино,
Утоляя жажду.

Охотничий пёс,
Сидящий рядом,
За ним наблюдал
Сонливым взглядом

Скворцы на коврах
Беззвучно пели,
В камине дрова
Неслышно тлели.

Король Изюм,
Хоть спал давно,
Доел свой кекс,
Допил вино

И тут же, проснувшись,
Сказал угрюмо:
"Вино и кекс
Королю Изюму!"

 

Кто бы мог предположить?

Ночной порой в глуши лесной
Медведь к дуплу пробрался
И сладкий мёд из липких сот
Уже достать собрался,
Но задрожал и зажужжал
Пчелиный рой от гнева.
- Ворюгу вон! - взлетев на трон,
Вскричала королева.
Медведь в затылке почесал
И молвил без укора:
- Ну кто бы мог предположить,
Что я похож на вора?

 

Принц

Жил славный рыцарь Длиннохвост.
Мышиным принцем был он.
По городам то здесь, то там
Во тьме бродить любил он.

Он грыз сараи и дома.
И не было подвала
Ни одного во всей стране,
Где не дал бы он бала.

Он был красавец хоть куда!
Глаза его сверкали.
А зубы были так остры,
Что брёвна протыкали.

Он сто возлюбленных имел
И жёсткие усищи.
И в схватке с множеством врагов
Один он стоил тыщи.

Он пожирал чеширский сыр,
Творог, пирог капустный,
Сосиски, сало, колбасу...
Ну, в общем, всё, что вкусно.

Хвостом длиннющим доставал
Он масло из бутылки,
И не нуждался никогда
Ни в ложке он, ни в вилке.

Под тихий шёпот ярких звёзд
Он танцевал на крыше.
"Как ты прекрасен, Длиннохвост!" -
Кругом пищали мыши.

По фортепьяно он скакал,
На нём играя ловко.
Бочонки с брагой прогрызал
И затоплял кладовку.

Когда же в полночь он за стол
Садился для порядка,
Двенадцать пышных мышь-девиц
Для принца пели сладко.

Его прислужников отряд
Всегда ходил в азарте:
Все кладовые знали их
От Пиблза до Крамарти.

Случилось как-то, что залез
Он в дом через окошко
И, спрыгнув вниз, в момент отгрыз
Усы у спящей кошки.

А после к спящему судье
Подкрался. И, ей-богу,
Пощекотал - такой нахал -
В его носу немного.

Была весёлой жизнь его,
Да вот недолго жил он.
Он повстречал однажды крыс,
И с ними в бой вступил он.

Он смело бил и рвал врагов
В пять раз его крупнее,
И всё ж ему в конце концов
Переломили шею.

В меха закутали его,
Зажгли над телом свечи,
И старый дядюшка сказал
Над ним такие речи:

- Рыдай, мышиный наш народ,
О Длиннохвосте смелом!
Он пал в борьбе! Трубить трубе
Над сим геройским телом!

Умел он жизнью дорожить
И был всегда мужчиной.
Погиб герой. Но будет жить
Он в памяти мышиной!

 

Кость

- О, помогите, доктор Джонс! -
Воскликнул мистер Смит. -
Я не могу вам передать,
Как сильно кость болит!

- О мистер Смит! - ответил Джонс. -
Не нужно горевать.
Есть лёгкий способ вам помочь -
Её из вас достать! -

К столу беднягу привязав,
Холодный, словно камень,
Кость вынул сразу доктор
Джонс обеими руками.

И Смит сказал: - Благодарю!
Ведь я ещё живой! -
И, кость свою под мышку взяв,
Отправился домой.

 

Агат

Мой дядюшка Билл,
Который жил
В джунглях пять лет подряд,
Попал под град,
Упал в водопад,
Но всё же вернулся домой, назад,
Побывав по дороге у озера Чад,
Посетив Ассуан, Арарат, Ашхабад,
Гонолулу и Хайдарабад.
Он вернулся коричневый, как шоколад,
И стройный, как акробат,
И мне рассказал, как ужаснейший скат,
Страшнее льва и тигра стократ,
Напал на него у острова Бат,
Где растёт виноград
Размером с гранат,
Где в тёмной пещере нашёл он клад...
А потом подарил мне маленький камень,
Волшебный камень - АГАТ.

- Возьми его, Невви, - сказал мне дядя, -
С АГАТОМ ты будешь богат.
Может любое твоё желанье
Исполнить этот АГАТ. -

Я спрятал АГАТ подальше от глаз,
Я в землю его зарыл.
Потом уснул. И во сне, к несчастью,
Где спрятал его, - забыл.

С тех пор у меня лишь одно желанье.
О как же я буду рад,
Когда отыщу мой маленький камень,
Волшебный камень АГАТ!

 

Мельник и его сын

Для Мэри - нежная арфа,
Для Джона - звон мандолин.
Мы будем играть опять и опять
Песню "Мельник и сын".

"Мельник с единственным сыном
По лесу однажды шли.
Вдруг видят они - три голубки
Вспорхнули и скрылись вдали.

Тут мельник воскликнул: "Сын мой!
Свободным голубкам вслед спеши.
Хотят они, слышишь,
Тебе показать весь свет".

"Ну что же, отец мой милый,
Пойду я, коль мне велят.
Но только боюсь, что голубки меня
Не приведут назад".

Поцеловал отца он
И с криком "Прощай!" сквозь лес
Двинулся вслед голубкам -
И навсегда исчез.

Плач пришёл издалёка
К мельнику в тёмный дом.
Алые розы раскрылись рядом
С мельничным колесом.

Ярко в лесном тумане
Вспыхнули три звезды,
Но не увидеть мельнику больше
Милого сына следы.

Кукушка тщетно кукует
В печальной тиши полей.
Напрасно кричат коноплянка и дрозд
И поёт соловей.

Не слышит их грустный мельник,
Он в мыслях с сыном давно.
Давно на мельнице старой
Он не мелет зерно.

Всё шепчет он: "Ты мой голубь!
Ты - розы в моём окне!
Ты - яркие звёзды в небе!
Ты светишь напрасно мне!

Сказал я: "Иди, мой мальчик!"
Ты, кинув прощальный взгляд,
Ответил: "Боюсь, что голубки меня
Не приведут назад!"

Для Мэри - нежная арфа,
Для Джона - звон мандолин.
Мы будем играть опять и опять
Песню "Мельник и сын".

 

Белый

Жил мельник, который ходил, напевая:
- Я белый, я белый, как пена морская,
Как белая роза в июльский денёк,
Как белый барашек и белый вьюнок.

Он пальцами щёлкал и весело пел:
- Колпак мой и фартук белее, чем мел.
Белее мороза, белее муки,
Белее, чем парус на глади реки.

Ничто на земле не сияет сильней
Гвоздики у мельницы старой моей.
Ну разве что я с ней поспорить могу
При лунном сиянье на свежем снегу.

 

Вокруг света

Три брата весёлых,
Крестьянина три,
Однажды на фунт
Заключили пари,
Что каждый из них,
Не сбиваясь с пути,
Сумеет, танцуя,
Весь мир обойти.

Чтоб в долгой дороге
Не сбить каблуки,
Они положили
В сундук башмаки,
Спустились с порога
Как есть, босиком,
И в танце весёлом
Пошли прямиком
От дома родного
К зелёным лугам,
От вязов тенистых
К душистым стогам,
И дальше, и дальше,

Прыжками, шагами,
А то, временами,
Вприсядку кругами.
И так они ловко
Плясали, что с ходу
Достигли границы
Родного прихода.
По пахоте Тапмена
С милю прошли,
Прошли по полоске
Ничейной земли,
Потом - через Вихем
По склону - до Вика.
(Не быстро, но всё же
Пойди догони-ка!)
Потом - мимо Вочета,
Где средь нолей
Виднелись семь древних
Прекрасных церквей.
От Вочета путь
Аж до самого Вая
Три брата плясали,
Изрядно зевая.
Когда же сверкнула
Луна в вышине,
Они танцевать
Продолжали во сне.
Коряга, лоза,
Муравьиная куча...
Они как часы
По ущелью, по круче,
Из города в город,
От края до края
Шагали, ни капельки
Не уставая.
И вдруг
За высокой горой,
Как назло,
Безбрежное море
Пред ними легло.

Сказал брат Артур:
- Я порядком устал!
Довольно и так
Я в пути танцевал! -
Сказал брат Ренальд:
- Ослабел я в пути!
По морю, пожалуй,
И мне не пройти! -
Но младший из братьев,
Весёлый Бертран,
На кончиках пальцев
Вошёл в океан,
Туда, где русалки
Ночами играют
И пением сладким
К себе зазывают,
Туда, где вода
Солона и темна, -
В пучину морскую
Без края, без дна...

Два брата глядели
На гладь океана,
Где медленно плавала
Шляпа Бертрана.
Всё весточки ждали
Они от него.
Но волны не молвили
Им ничего.
Кричали два брата
Раз двадцать подряд,
Но эхо - и то
Не вернулось назад.
А братья всё ждали,
И звали, и звали,
А волны в ответ
Только тяжко вздыхали.
Тогда подошли они
К самой воде
И тихо сказали:
- Не знаем мы, где
Ты ходишь сейчас,
На какой глубине
По синей, огромной,
Подводной стране,
Но золото наше
Теперь мы вдвоём
Без тени сомненья
Тебе отдаём.
Да, брат! Только ты,
Не сбиваясь с пути,
Сумеешь, танцуя,
Весь мир обойти!

 

Заяц

В час полуночный на чёрной земле
Зайца волшебного я увидал.
Длинные уши свои навострив,
Он за старушкой-луной наблюдал.

"Серенький", - вымолвил шёпотом я.
Он от испуга взлетел в небеса,
А под кустом, где зайчишка сидел,
Лунного света легла полоса.

 

Тупик

Новость, новость!
Слышали новость?
Старый Джон Белл
Недавно болел.
Не было зрелища
Этого хуже.
Но вот наконец
Печалям конец.
Не только здоров он,
Но даже
К тому же
С каждой минутой,
Похоже,
Становится всё моложе.

Неделю назад
Белее мела
Была борода
И вдруг почернела.
Снова пружинистым
Стало тело.
Зубов - настоящих -
Опять тридцать два,
В глазах появилась
Опять синева.
К среде соскользнули
Годы его
С пятидесяти до
Двадцати одного.
Он пляшет опять
Лучше многих парней,
Да только вот... книзу
Растёт всё быстрей.
Всё, что учил он,
Исчезло навек:
Стаяла память его,
Словно снег.
Длинные брюки
Укоротились -
В модные бриджи
Оборотились.
Бриджи, однако,
Уменьшились тоже
И на пелёнку
Стали похожи.

В складочках пальцы,
Пуговкой нос,
Пух шелковистый
Вместо волос -
Вот уже Джон
Стоит еле-еле,
Вот уже он
Лежит в колыбели...

Старая миссис
Плачет, рыдает,
Мужа-ребёнка
В люльке качает.
Неделя прошла,
Воскресенье прошло,
А он всё моложе,
Моложе,
Моло...

Старый Джон Белл!

 

Серебряный пенни

"Возьми нас в плаванье, моряк!
Меня с сестричкой Дженни.
За это я тебе отдам
Монетку - звонкий пенни".

"Ну что ж! Я вас возьму с собой,
Тебя с сестричкой Дженни.
Но пусть сестричка локон свой
Отдаст мне вместо пенни!"

Они поплыли по волнам,
А ветры всё сильнее!
Взлетает пена к облакам,
Скрипят и гнутся реи!

Недолго ждать, когда вода
Над кораблём сомкнётся.
К родному берегу, назад,
Корабль уж не вернётся.

В морской пучине спит моряк,
В морской пучине - Дженни,
А в глубине, на самом дне,
Сверкает яркий пенни.

 

Аравия

- Скажи скорей, темнобровый моряк,
От нас далеко ли Аравия?
Меня как магнит к себе манит
Желанная сердцу Аравия.

- Она в такой дали, господин,
Что даже не кажется явью.
Там воздух тяжёл, и сух, и жёлт -
Вот что такое Аравия!

- Пусть так! Но хочу я, чтоб ты, моряк,
Дал мне карту Аравии
И вместе со мной по глади морской
Поплыл к берегам Аравии.

Взметнулся ветер до самых звёзд,
И море, теша тщеславие,
Накрыло волной корабль в час ночной...
Куда ж ты исчезла, Аравия?

 

Художник Вадим Иванюк

[начало] [в пампасы] [продолжение]

 

Электронные пампасы © 2011